И на работе говорил, и в журнале писал, что еду на Первомай сажать картошку. Все ужасались, пытались отговаривать, молодые товарищи вообще смотрели как на марсианина. Никто не сообразил, что рано на Первомай картошку-то.
Ехал, конечно (в том числе и) за грибами. Да, всем всё понятно, весна запоздала, природа заждалась, и ни на что рассчитывать не стоит. Но какие уж там расчеты – просто интерес. Что-то, может, и найдется, а нет – так никто, собственно, и не рассчитывал.
По ощущениям – середина апреля. Липы стоят черные и голые, но это так и должно быть; ни одно деревце и выпустило и листа, даже ива, и это уже точно не по сезону. Кругом вода, под короткой зеленой шерсткой, равномерно покрывающей луг перед домом – какая-то топь, коровье вязло. Птицы как-то больше помалкивают, слышны лишь инопланетные крики удода. Какие уж тут грибы.
Впрочем, с грибами не всё так просто. Уже на куче шишек, наваленной дятлом под яблоней в саду, обнаружились, что называется, первые ласточки. Разумеется, мицены щелочные. Те самые «шишколюбы». (Забегая вперед, можно сказать, что грибов было встречено очень много, но, к сожалению, подавляющее их большинство принадлежало к одному и тому же, вам уже известному, виду.)
Осмотреть всё – вот какая задача стояла передо мной. Сухая опушка мокрого липового леса (дубы, ели, еще бог знает что), старый ельник, молодой ельник, нестарая дубрава, молодые березки, непонятные посадки… задача была выполнена. Результат…
Помимо бесконечного множества щелочных мицен, растущих везде, где только можно найти еловую шишку, было найдено два стробилюруса сочных, несколько молодых, заранее неизвестных мне псатирелл, а также – внимание – один строчок гигантский, сиротливо прижавшийся к обочине лесной дороги.
Но и то радость, да.